Тропою памяти

Григорий Иванович Черненко — старожил Сытой уды. В долгие годы его жизни вписаны все радости и беды, выпавшие на долю нашего народа. Ничего не прошло мимо, да и не старался он быть в стороне от водоворота событий. Начинали строить новое общество — он выл в первых рядах, первым вступил в колхоз, личным трудом укреплял общественное хозяйство. Все защищали Родину — и он защищал.

— Память выхватывает самые значительные события моей жизни, — говорит Григорий Иванович. — Одно из первых — революция. Это слово я услышал в 14 лет от деда. Он был уже старым, не работал, но по прежнему считался главой нашей большой семьи. Времена были тяжелые, людской мир терпел тогда непосильные лишения первой мировой войны. Не только родители, но и мы, семеро их детей, часто оставались голодными. Дед вспоминал внука Аноха, погибшего на фронте. Он никак не мог разобраться, для чего русские воюют немцами, за что столько мужиков полегло. От горя и обиды только вздыхал, охал и крестился. Однажды я со своей старшей сестрой вбежал в избу и с порога выпалил деду новость, услышанную на улице:

– Дед, а царя скинули, прогнали.

Он несколько мгновений смотрел на нас, потом не по годам резко подскочил и зашикал:

— Вы что, бесенята, не могите мне больше такого сказать, и быть такого не может.

Потом сразу обмяк, растерялся и сказал:

— Революция… А как не мы без царя-то?

Что такое революция, мы не знали, да и дед гоже ничего не смог объяснить. А без царя куда как лучше оказалось. Каждый день приносил что-то новое, мужики вздохнули свободнее. Пожалуй, самым примечательным было то, что забытые и бесправные почувствовали себя равноправными гражданами, людьми, которые будут решать дела своего государства.

— В 1925 году я связал свою жизнь с прекрасной девушкой Евдокией, —продолжает Черненко. — До сих пор она со мной, восемь детей мы вырастили. Уважение и чувство благодарности к ней, как к жене, подруге, матери моих детей, я пронес через всю жизнь.

Сладко ноет сердце, когда я вспоминаю первые годы жизни нашего колхоза. Молодежь и сейчас трудится ударно, но вы должны меня правильно понять, тогда все было впервые. Трудное было время, но прекрасное. Сколько героев оно дало стране — Бусыгин, Стаханов, Ангелина! На всех хотелось быть похожими. Мы работали неистово, и признание было для нас не самоцелью, а вехой на пути к успеху коллектива. Сколько радости и счастья нам сулила жизнь — в кумачах праздников, в готовности отдавать все силы родной земле, в наслаждении дышать запахом трав своей Родины.

А травы в 1941 году уродились буйные. На просторном колхозном лугу трудились мужчины, женщины. Работать начинали с росой. Слышались песни, ведь на косовицу выходили, как на праздник. Мелькали белые платки, нарядные сарафаны женщин. Казалось, что работает одна большая семья. И вдруг… нелепо и жестоко прозвучало это слово на лугу: «война».

Уходили на фронт мужчины. На их места становились женщины, старики, дети. Фронтовая жизнь Григория Ивановича Черненко складывалась, как и тысяч других: по-солдатски честно. В этой суровой школе огненные уроки надо было выполнять только на совесть. Ошибка, трусость стоили жизни и чести.

Испытание войной Черненко выдержал достойно, проявляя всегда личное мужество. Боевое крещение он принял под Гомелем, там и ранен был. За тот бой солдат получил первую награду — медаль «За боевые заслуги».

После госпиталя Григорий Иванович попал в 18-ю Барановичскую Краснознаменную ордена Кутузова автомобильную бригаду. В ней и войну закончил, освобождал Варшаву, Берлин. За те бои также имеет боевые награды.

— Я вот остался жив, хоть и не раз казалось, что стою у судьбы на краю. Брат мой Федор и сын Михаил погибли в 1943 году. Помню и всех своих погибших товарищей.

В руках Григория Ивановича пригласительный билет для его внуков и правнуков, которые в 2018 году поедут в Барановичи, где из стен музея боевой славы извлекут капсулу с наказом комсомолу в день его 100-летия. В билете говорится: «Мы, ветераны Великой Отечественной войны, передаем вам эстафету жизни и борьбы и верим, что. вы, наши дети, внуки и правнуки, пронесете ее с честью во имя свободы и независимости нашей великой Родины».

Григорий Иванович до сих пор на трудовом посту.

Н. Гордиенко

Авангард № 107, 1985 г.