По ступенькам памяти

Житель села Кирилловка Федор Титович Пичик прошел долгими и трудными дорогами войны от Днепра до Эльбы. В боях с ненавистным врагом получил два тяжелых ранения. Он награжден орденом Славы третьей степени и медалью «За отвагу». Около сорока лет Федор Титович работает в колхозе, Богата его биография военными эпизодами. Некоторые из них я записал и хочу предложить читателям.

ЗА ЯЗЫКОМ

Это было на Днепре под городом Лоевом. Я состоял в полковой разведке. Нам командование дало приказ добыть языка. Тщательно замаскировавшись, мы почти целый день наблюдали в бинокль за передним краем противника. Нужно было определить, куда и как двигаться.

В редких кустах, по нашим предположениям, должен быть блиндаж. Там в бинокль было замечено большее движение, чем в других местах. Мы разделились на группы захвата и прикрытия. Я с товарищами, плотно прижимаясь к земле, пополз к блиндажу. Чуть в стороне, с пригорка, за­строчил немецкий пулемет, а потом смолк. И так несколько раз. Мы подобрались к нему по­ближе. Стали наблюдать. Оказывается, пулеметчику не хотелось все время на холодном ветру, под дождем лежать за пуле­метом. Вот он и сделает несколько коротких оче­редей — и спрячется. От нас же спрятаться не уда­лось.

 

ВСТРЕЧА

Это было в небольшом немецком городке, назва­ние которого я уже и за­был. Так получилось, что я и мои товарищи в тот день оказались в комен­датуре. Дежурный офи­цер забрал докумен­ты и приказал ждать. Через некоторое время меня первым вызвали к коменданту. Я удивился, почему меня вызывают первым. Есть старший группы, он и отвечает за всех.

За столом сидел пожи­лой, широкоплечий пол­ковник. Он перевел взгляд с моих документов на меня, будто что-то припоминая. Наконец, спросил:

– Как фамилия, сер­жант?

– Пичик Федор Тито­вич, – отвечаю.

– Откуда родом?

– Из Орловской области.

– А точнее.

– Климовский район, село Кирилловка.

– Из Кирилловки, го­воришь, – оживился полковник.

– Так точно.

– А Карнауха Федора знаешь?

– Знал. Он был на­шим соседом. Но из села уехал еще в детстве.

Взгляд полковника по­теплел, на лице появи­лась добрая улыбка.

– Садись, земляк, и здравствуй, Я и есть Фе­дор Карнаух.

Я опешил. В полков­нике трудно было узнать того самого Федора, с которым в далекие трид­цатые годы бегал в шко­лу.

– Ну, рассказывай, Федя, как выглядит на­ше село, кто из друзей детства жив? – спросил мой, так неожиданно встретившийся, земляк.

Вот так случается в жизни. Велик мир, а судьбы людские в нем скрещиваются.

 

У БЕРЕГОВ ЭЛЬБЫ

Был конец апреля. Близился и конец войны. Но немцы сопротивля­лись с упорством обре­ченных. На участке на­шей артиллерийской бри­гады шли ожесточенные бои. Наш взвод с утра вел минометный огонь по заранее разведанным целям. Немцы били по нашим боевым порядкам. Но к полудню огонь со стороны противника стал стихать. А затем и сов­сем прекратился. В воз­дух полетели разноцвет­ные ракеты.

– Что это значит? – спросил я у командира взвода, – стрелять или не стрелять?

– Ничего не понимаю, — ответил командир взвода.

И тут по телефону при­каз командира батареи: «Прекратить огонь!»

В считанные минуты на наших позициях уста­новилась непривычная, настораживающая тишина.

По шоссейной дороге с запада в нашу сторону стали двигаться грузови­ки с солдатами в кузо­вах. В бинокль можно было разглядеть солдат в необычной форме. И вдруг раздалось:

— Американцы! Союз­ники!

Хоть и слов мы не по­нимали, но чувство было общее: радость. Мы ста­ли обмениваться солдат­скими сувенирами. Один солдат-негр попросил у меня с пилотки звездоч­ку, завернул в бумагу и спрятал в карман.

Теперь, по прошествии стольких лет, в канун 40-летия нашей Великой Победы, я вспоминаю ту встречу с американскими солдатами на Эльбе и ду­маю: «Мы тогда успешно сражались против общего врага. А почему теперь сообща не можем бороть­ся за сохранение мира. Не может того быть, что­бы простые американцы или те солдаты, с кото­рыми мы встретились в 1945 году на Эльбе, хо­тели войны».

М. Пугачев

Авангард № 56, 1985 г.