Не зыбыть никогда

Бурда Василий Прокофьевич
Бурда Василий Прокофьевич

Так уж устроена человеческая память. Хранит она в себе то, что радостным светом озаряло нашу жизнь и стремится забыть все, приносящее нам горе и печали. Но есть события, которые забывать нельзя. Поэтому память Василия Прокофьевича Бурды, жителя села Сачковичи, бережно хранит события сороковых годов, воспоминания о них еще и сейчас тревожат его. Да и как не тревожить. Две войны за плечами,, шесть ранений, два из которых тяжелые.

…Свою первую войну, финскую, Василий Прокофьевич встретил уже в солдатском строю. Еще в 1938 году он был призван на действительную службу. Окончил школу младших командиров и служил помощником командира взвода разведки в артиллерийском полку.

— Вскоре меня назначили командиром взвода, — рассказывает Василий Прокофьевич. — Тогда я получил и свое первое ранение. Случилось это во время разведывательного, рейда. Выполнив задание, мы возвращались к своим, и нас засекли вражеские снайперы — «кукушки». Под их огнем группе пришлось преодолевать открытую . поляну, а у опушки леса нас обстреляли из минометов. Осколок мины попал мне в голову. До своих мы добрались, но пришлось лечь в госпиталь.

В 1941 году заканчивался его срок службы, к тому же весной ему предстоял отпуск, долгожданная встреча с родными. Но в отпуск Василию Прокофьевичу съездить не пришлось. Все чаще следовали вражеские провокации на границе. И вот одна из ночных «тревог» стала боевой: враг двинулся на нашу страну. Двенадцать часов удерживал позиции на границе полк, в котором служил Василий Прокофьевич, но под натиском превосходящих сил противника вынужден был отступить.

Немцы пытались организовать диверсии в нашем тылу, — вспоминает Василий Прокофьевич. Как-то мы двигались по дороге’, а с тыла с колокольни ударил вдруг пулемет.

Надо. его гада, снять, — сказал мне командир полка.. — Сможешь?

Что ж, с первого выстрела может и не попаду, — ответил я, — а вот со второго — собью.

И точно. Развернули орудие, и вторым снарядом сшиб я пулеметчика с колокольни. ‘

В одном из боев Василия Прокофьевича ранило в ногу, а после выздоровления назначили старшего сержанта командиром роты миномётчиков.

Тяжелые бои шли тогда под Тихвином, — вспоминает Василий Прокофьевич. — Однажды, пытаясь удержать плацдарм, захваченный лихим наскоком наших кавалеристов, мы оказались в окружении. Из минометов бить не могли, так как враги подошли слишком близко, отбивались чем только можно было. Из окружения мы вышли, только я этого не видел, потому что меня тяжело ранило в грудь. Трое суток был без сознания. Уже после войны я разыскал солдата, вынесшего меня, он мне все и рассказал.

После этого боя Василию Прокофьевичу было присвоено звание младшего лейтенанта, и он был представлен к награде.

Ранение особенно тяжело сказалось на здоровье Василия Прокофьевича. Он долго лечился в госпитале, а потом его списали в запас по состоянию здоровья. Но разве мог коммунист Бурда уйти на отдых, когда вокруг еще гремели бои, когда враг еще не был разбит до конца. Его просьбу удовлетворили. Направили в госпиталь для легкораненых заместителем начальника по строевой подготовке.

Так и дошел солдат до Берлина. Демобилизовывался Василий Прокофьевич уже в звании старшего лейтенанта, на его груди, рядом с нашивками о ранениях, сияли ордена Красной Звезды и Отечественной войны II степени, медали «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина». А к 40-летию Победы -его наградили орденом Отечественной войны I степени.

…Много воды с тех пор уже утекло. Заросли окопы и рвы, сравнялись развалины. Но болят старые раны, а беспокойная память бережно хранит, не дает забыть образы погибших товарищей, слезы сотен тысяч людей, разрушенные города и села, И сколько будет еще жить Василий Прокофьевич Бурда, столько он и будет помнить события тех огненных лет.

Сергеев П.

Авангард № 146, 1985 г.