Листая старый фотоальбом

70 лет отделяет нас от победной даты 1945-го года. Как и по всей стране, в нашем селе юбилейный год Великой Победы стал особенным. Едва ли не в каждом доме лакомобудцев свято хранится память о родных, многие из которых не вернулись с войны. Нынешний год еще раз заставляет многих жителей нашего села вновь открыть старые альбомы с фотографиями погибших, с навечно молодыми лицами, а заодно пересмотреть старые сохранившиеся снимки давних времен. На стенах в комнатах жительницы села Фаины Александровны Гумен – увеличенные портреты молодых мужчин. «Это — братья моей мамы, Павлины Григорьевны: Алексей и Василий Щерба». Она берет Книгу Памяти. «Вот скудные сведения о них. Алексей 1921 г. р. до войны учился и работал в Кронштадте, оттуда был призван на фронт. Василий 1918 г. р. работал в колхозе, призывался из Лакомой Буды, воевал танкистом. Оба пропали без вести в сентябре—декабре 1943 года. Ответы на наши запросы в 2004 году об их судьбе официально подтверждены: погибли в боях, место и время их гибели — неизвестно. Не осталось ни весточки, ни письма, только фото».

Хозяйка показывает рукой на следующее фото – Щербы Георгия Григорьевича. Он родился в 1915 году, в 1938-м закончил Новозыбковский педагогический институт по специальности преподавателя математики. Успел соединить свою судьбу с Ксенией Терентьевной Гуленок из Клинцов. Она учила детей русскому языку и литературе. Георгий Щерба, как окончивший ВУЗ, считался офицерским составом, поэтому был направлен на курсы в приграничный Брест. Было это накануне войны. Рассказывали, что как раз в субботу, 21 июня, он получил посылку из дома, а уже в 4 утра всех солдат и офицеров подняли по тревоге. Война. Практически сразу же началось отступление наших войск. То, что Георгий оказался не в Брестской крепости, а в городе, спасло ему и его товарищам жизнь, потому что все находившиеся в крепости погибли. Отступление продолжалось до самого Смоленска. Затем, в должности старшины он воевал под Москвой, под Сталинградом. Лейтенантом интендантской службы закончил Георгий Григорьевич войну в Вене. Уже гораздо позднее, когда был сооружен мемориальный комплекс «Брестская Крепость», он с женой побывал на месте начала войны и с изумлением прочитал свою фамилию в списках погибших за оборону крепости. Как пояснил комендант мемориала, там было столько погибших, что на памятнике просто перечислили фамилии находившихся на тот момент военнослужащих по данным военкоматов. Вот так война вновь напомнила Георгию Григорьевичу о себе. В 1946 году семья Щерб приехала в Лакомую Буду и учившиеся до 1950-го года люди еще помнят директора школы и учителя математики Георгия Григорьевича и учительницу русского языка и литературы Ксению Терентьевну Щербу. Они жили потом в Клинцах, учительствовали, вырастили трех сыновей, дали им высшее образование. Георгий Григорьевич был лучшим учителем математики в Клинцах, некоторое время директором школы № 1. Кроме боевых наград — Орденов Красной Звезды, Отечественной войны, медалей за освобождение городов, «За боевые заслуги», — имел звание «Заслуженный Учитель СССР». Умер наш земляк в 1993 году, а его сыновья бережно хранят воспоминания о нем, участнике Великой Отечественной.

«А вот это портрет брата моего отца — Коновалова Николая Павловича, — продолжает Фаина Александровна. — Родившись в 1918-м, он был призван на срочную службу курсантом «Рыльской Школы механиков». Далее — скупые записи из военного билета: декабрь 1939 — апрель 1944 — механик 42-го истребительного авиаполка с военной специальностью «мастер механики и техники авиавооружения». После первого ранения рвался на фронт, горячий был человек. В апреле 1944-го в результате бомбежки военного аэродрома был тяжело ранен и демобилизован. Восемь долгих месяцев пролежал в госпитале с гипсом на теле, на голых досках, такое тяжелое было ранение, задевшее позвоночник. Еще два месяца долечивался и, наконец, на костылях вернулся домой. Но живой. Николай Павлович награжден медалью «За победу над Германией». Работал в колхозе, комбайнером, умер в 1973-м. «Коленька», так называли его многие ровесники. Оказывается, вот за что. Когда Николай оказался дома, война продолжала собирать людей на фронты, призывались мальчишки 1927-го г.р. «Среди них был и мой отец, Коновалов Александр Павлович, — показывает фото Фаина Александровна. – И вот родственники призванных мальчишек, худющих и голодных мальчишек военной поры, собрали мешок сухарей, и Николай повез его, опираясь на костыли, в Борисоглебск, где находились призывники. Там остановился у старушки в городе, собрал ребят-земляков и по сухарику в день подкармливал, не давая пропасть с голоду. Добрым словом с благодарностью привечали они потом после войны Коленьку. А отцу не привелось воевать, по болезни его комиссовали».

Фаина Александровна перечисляет сохранившиеся воспоминания матери о времени оккупации села Лакомая Буда. «Мама рассказывала, когда наше село оккупировали, немцы предлагали деду быть старостой. Он наотрез отказался, придя домой, с возмущением говорил: «Оккупантам пособничать не буду!»

В течение всего разговора Фаина Александровна постоянно звонила родственникам, уточняя детали, факты жизни своих дядьев. Это — живое свидетельство того, что в большой семье не забыта война. В память о них остались только награды, фотографии, немногие рассказы близко их знающих людей. И эта память говорит о незаметном ежедневном подвиге миллионов солдат, отдавших свою жизнь, говорит о том, какой ценой досталась нам Победа.

Т. Терещенко

Авангард № 94, 2015 г.